Финансирование городского строительства
Финансирование городского строительства производилось за счет княжеской казны. Первое, что делали вновь прибывшие князья, — брали на себя крупные расходы по городу. В течение времени эти расходы все увеличивались. Не только строительство, но и основная доля расходов по содержанию храмов ложилась на князей. Князь давал средства на постройку, выбирал зодчего, обсуждал проект, верховно руководил строительством, наблюдая за ним, и таким образом, как отмечает летописец, создавал сооружение, нередко считаясь автором построенного храма. Например, по сообщениям тверской летописи, в рассказе о постройке Георгиевского собора в Юрьеве-Польском отмечено, что его строитель — князь Святослав — «сам бе мастер». Из летописных свидетельств известно также, что Мстислав построил церковь Богородицы в Тмутаракани, Владимир Мономах «сам созда» церковь Богородицы в Смоленске, Давид Святославич — Борисоглебский собор в Чернигове. Много храмов строили князья на Руси. Писатель Владимир Чивилихин, исследуя строительство черниговской церкви Параскевы Пятницы, о которой нет летописного сообщения, доказывает, что ее «сам созда» Игорь сын Святослава, внук Ольгов, герой «Слова о полку Игореве».
На плинфах, из которых сооружались храмы, ставились княжеские клейма. Есть такие клейма и на церкви Параскевы Пятницы — в виде княжеских знаков.
Летопись обычно скудна на имена зодчих, но все же упомянуто имя Корова Яковлевича с Лубяной улицы, выстроившего в 1196 г. церковь Кирилла в Кирилловском монастыре под Новгородом, и мастера Петра, построившего в начале XII в. собор Юрьева монастыря. Имена других зодчих летописцем не замечены.
Строительство храмов конца XII — XIII вв. финансировали просвещенные меценаты из купцов, а также, все чаще, не только купцы и купеческие корпорации, но и городские общины.
Новая политическая сила — духовенство, появившаяся на Руси с принятием христианства, располагала большими экономическими возможностями: в пользу церкви отчислялась десятая часть княжеских доходов от даней и пошлин (так называемая «десятина») и, кроме того, значительными были непосредственные сборы духовенства с верующих. Большие «доходы» духовенства позволили в короткие сроки построить много деревянных и каменных храмов в Киеве, Чернигове, Харькове и других городах. В письме «некоего старца» к печерскому игумену Василию, строившему в конце XII в. каменные стены вокруг Печерского монастыря, сообщается о том, что для строительства сначала собирали средства. Содержание храмов брали на себя и князья. Так, на содержание большой киевской церкви Богородицы с 25 куполами князь Владимир отдал «десятину» (десятую часть своих доходов). Церковь получила название «Десятинная».
Стоимость каменных сооружений была очень велика. Пожертвования на строительство Успенского собора в Киеве князем Святославом Ярославичем в тысячу гривен были лишь частью стоимости работ, а пристройка к этому собору в конце XI в. или начале XII в. небольшой Ивановской крещальни обошлась в две тысячи гривен. Это огромные средства, если учесть, что сумма годового налога со Смоленской земли составляла в XII в. три тысячи гривен.
Постоянных дополнительных расходов от горожан требовало, например, содержание мощеных улиц в Новгороде. Мостовые сооружались весьма прочно — сосновые плахи укладывались на лаги и могли служить многие десятилетия. Но из-за нарастания культурного слоя и грязи, выплескиваемой на мостовую, через 20 — 25 лет приходилось укладывать новый ярус лаг и плах на предыдущий ярус.
Примечательны договоры между горожанами и князьями, например, в Новгороде. Хотя Новгород и являлся боярской республикой, но вместе с тем имел князя, в обязанности которого входило осуществление судебно-административных функций и защита новгородских владений от врага. Отношения с князем определялись специальным договором. Так, в договорной грамоте 1266 г. Новгорода с тверским великим князем Ярославом Ярославичем говорится: «А в Бежицах, княже, тебе, ни твоея княгыни, ни твоим боярам, ни твоим дворяном сел не держати, ни купити, ни даром приимати, и по всей волости новгородской». В более поздней договорной грамоте с тверским великим князем Михаилом Александровичем от 1371 г. речь идет не только о том, чтобы князь, его бояре, и слуги впредь не приобретали сел в Новгородской земле, но и чтобы земли, ранее приобретенные ими, были возвращены в Новгород .
Современные исследователи, изучающие проблему древнерусского строительного проектирования, вынуждены констатировать, что сегодня еще нельзя ответить с документальной точностью на все вопросы, связанные с проблемой чертежа, и что творческий метод древнерусских зодчих далеко не во всем нам понятен, и многое остается для нас загадкой. К числу загадочных или не вполне выясненных вопросов относятся, например, следующие: как древнерусские мастера, возводившие каменные здания, представляли себе все технические и художественные детали своего замысла; как они задавали высотные размеры, подсчитывали необходимые материалы, обходясь без масштабных чертежей и перспективных изображений.
И все же древнерусские зодчие, безусловно, владели определенной методикой проектирования, многие аспекты которой, по словам архитектора А. А. Пилецкого, неведомы для нас. Эти методы не нашли исторического развития, оказавшись «тупиковыми», но в свое время они позволили достичь совершенства в строительстве. Оставшись вне основ наших современных знаний, древнерусское архитектурное проектирование, основанное на числовой системе, функционировало, как доказывает А. А. Пилецкий, от домонгольского периода до XVIII в. и окончательно было забыто в XIX в. В наше время специалисты подошли к открытию древнерусских методов проектирования.