Rusprogram.ru

Принцип поэтического параллелизма в композиционной организации народных лирических песен был открыт и подробно описан А. Н. Веселовским [27, 1—80]. В основе поэтического параллелизма .лежит психологический параллелизм — особый способ мышления, основанный на раннем анимистическом миросозерцании, когда живой и неживой миры в известной степени отождествлялись. Явления человеческой жизни в таком случае познаются в сопоставлении с различными явлениями природы.
В песнях, построенных по принципу поэтического параллелизма, всегда наблюдается определенная закономерность: вначале дается картина природы, а затем следует картина из жизни человека. Вместе взятые, эти две картины представляют собой в идейно-эмоциональном и художественном отношениях нечто целое, но по своему значению они далеко не равноценны. Первая, природная, картина всегда имеет символическое значение и выполняет функции своеобразного эмоционального вступления. Она создает определенное настроение и в общих чертах намекает на реальное содержание песни. Во второй, человеческой, картине раскрывается основное жизненное содержание песни, выражаются конкретные чувства и мысли того или иного лирического героя.
Принцип поэтического параллелизма может быть использован во всех рассмотренных нами ранее композиционных формах народной лирической песни: в песнях-монологах, в песнях-диалогах ив песнях композиционной схемы «описательно-повествовательная часть плюс монолог или диалог».
Приведем песню-диалог, в построении которой использован прием поэтического параллелизма:
«Ах что же ты, голубчик, не весел сидишь, Не весел сидишь и не радостен?»
—    Как же мне, голубчику, веселому быть, Веселому быть и радостному?
Вечор у меня голубка была, Голубка была, со мной сидела. Поутру голубка убита лежит, Убита лежит, застреленная!
Ах что же ты, молодчик, не весел сидишь. Не весел сидишь и не радостен?
Как же мне, молодчику, веселому быть, Веселому быть и радостному?
Вчера у меня девица была, Девица была, со мной сидела, Речь говорила и руку дала, И руку дала выйти за меня, А нынче девицу замуж отдают, Замуж отдают, просватывают».
Принцип поэтического параллелизма был особенно продуктивным на самых ранних стадиях развития народной лирической песни. В дальнейшем поэтический параллелизм разрушается. Принцип устойчивой символико-реальной ассоциации в народном творчестве постепенно заменяется принципом свободной поэтической ассоциации, который, на наш взгляд, нашел свое наглядное выражение в приеме «цепочной связи картин». Сущность его заключается в том, что отдельные картины песен связываются между собой как бы цепочно, посредством образа, который входит в обе рядом стоящие картины. В таком случае с последнего образа первой картины начинается вторая картина, с последнего образа второй картины начинается третья картина и т. д.
Простейшим примером такого ассоциативно-цепочного построения является песня «Соловей мой, залетная пташечка». Песня начинается картиной:
Соловей мой, залетная пташечка, Не пой, не пой утром рано на заре, Не буди ты моего милого в тереме.
На последнем месте в этой картине стоит образ милого. Но как только был упомянут милый, то по ассоциации рисуется его образ во второй картине, которая начинается строками:
Я думала, что милый спит, не чует,
А мой милый сидит, плеточку готовит.
и т. д.
Особенно же ярко принцип ассоциативно-цепочного построения проявился в песне «Калинушка с малинушкой, лазоревый цвет» [10, т. 2, № 262].
Как прием поэтического параллелизма, так и прием цепочного сцепления картин выражает основную закономерность в построении песни — наиболее важную часть ее содержания передавать в самом конце.
С еще большей наглядностью эта закономерность в построении народных лирических песен проявляется в так называемом приеме «ступенчатого сужения образов», который был описан Б. М. Соколовым в статье «Экскурсы в область поэтики русского фольклора» [29]. Разъясняя сущность и функцию этого приема, Б. М. Соколов писал: «Под ним мы разумеем такое сочетание (внутреннее сцепление) образов, когда образы ступенчато следуют друг за другом в нисходящем порядке от образа с наиболее широким объемом к образу с наиболее узким объемом содержания... Последний, наиболее «суженный» в своем объеме образ, как раз с точки зрения художественного задания песни, является наиболее важным. На нем-то, собственно говоря, и фиксируется внимание» [29, 39^0].
Прием ступенчатого сужения образов применяется не во всех типах песен, а лишь в первой части композиционной схемы «описательно-повествовательная часть плюс монолог или диалог». Примером может служить песня «Долина, долина, да ты зеленая!». Песня начинается с описательно-повествовательного вступления, построенного приемом ступенчатого сужения образов.
Долина, долина, да ты зеленая!
По тебе, долина, — дорожка широкая,
Дорожка широкая, реченька быстрая, Реченька быстрая, круты бережочки. На них желтые песочки; На желтеньких песочках Стоят три садочка, Как во первом во садочке Соловьюшек свищет; А во втором во садочке Кукушка кукует; А во третьем во садочке Мать с сыном гуляет.
А затем следует диалог матери и сына, в котором и выражается основное содержание песни.
Отмеченные нами различные композиционные формы и приемы в протяжных лирических песнях не изолированы друг от друга, а находятся в самой песенной взаимосвязи и взаимопроникновении. Так, приводимая ниже песня представляет собой с точки зрения композиционной формы яркий пример песни-монолога. Однако внутри этой песни-монолога содержание развивается в такой последовательности, как оно идет в песнях типа «описательно-повествовательная часть плюс монолог». Причем первые пять строк описательно-повествовательной части построены в простой форме описания, а последующие три строки скреплены приемом ступенчатого сужения. Вторая часть песни-монолога носит повествовательный характер. В целом же песня, ее отдельные картины и образы связаны между собой «цепочно», на основе лирической образно-поэтической ассоциации. Вот эта песня:
По горенке похожу, в окошечко погляжу,
В окошечко погляжу, по миленькому потужу.
Тужила я, плакала, заливалася слезами.
Заливала девушка все дорожки и лужки,
Все дорожки и лужки, славны круты бережки.
За этим за бережком бежит речка, не шумит,
За этой за реченькой тут зеленый сад стоит.
Во этом во садике соловеюшко поет.
Ты не пой, соловеюшка, не пой громко во саду,
Не давай назолушки сердечушкумоему.
Что и так сердечушко надорвалось плачучи,
Надорвалось плачучи в чужих людях живучи,
В чужих людях живучи, у чужого батюшки,
У чужого батюшки, у не родной матушки!
Что чужой отец с матерью безвинно журит, бранит,
Безвинно журит, бранит, понапрасну говорит,
Понапрасну говорит, будит рано по утру,
Будит рано поутру, посылает за водой,
Посылает за водой по морозу босиком.
[13, № 1365]
Итак, все формы и приемы построения традиционной лирической песни Имеют ярко выраженную жанровую специфику.
Своеобразие лирической сюжетности. Сюжеты традиционных лирических песен очень специфичны как по своей структуре,
так и по выполняемым функциям. Если сравнить типичную лирическую песню, например, с былиной, то можно увидеть, что их сюжеты по своему характеру очень различны. В былине в основе сюжета всегда лежит какое-либо событие. Былинный сюжет, как правило, имеет свою завязку, кульминацию и развязку. Ничего этого обычно нет в лирической песне. В основе ее сюжета лежит какой-нибудь небольшой эпизод, в изложении которого почти невозможно определить завязку, кульминацию и развязку. Применительно к лирическим песням в большинстве случаев, пожалуй, точнее было бы говорить не о сюжете, а о всевозможных сюжетных ситуациях.
Отличен сюжет лирической песни от былинного и по своим идейно-художественным функциям. Если в былинах сюжет является главным средством создания образов, именно через него и васкрывается основное содержание былин, то в лирической песне он чаще всего является Лишь поводом для выражения тех-или иных чувств и мыслей. Главное же содержание в лирической песне, как отмечалось, выражается не в ее описательно-повествовательной части, а в монологах и диалогах.
Вместе с тем неверно было бы думать, что в народных лирических песнях нет никаких сюжетов, что сюжеты в них не играют роли. Если литературные лирические произведения, как правило, совершенно бессюжетны, то основная масса народных лирических песен имеет сюжет или хотя бы какие-то элементы повествовательности.
Прежде всего, сюжетной повествовательностью в той или иной степени пронизаны вступительные части песен наиболее распространенной композиционной схемы «описательно-повествовательная часть плюс монолог или диалог». Элементы повествования нередко присутствуют и во второй части этих песен — в монологах и диалогах. Здесь повествовательность помогает глубже выразить те или иные переживания, передать то или иное настроение.
Еще большую роль сюжеты в традиционных лирических песнях выполняют в плане показа различных жизненных обстоятельств, тех условий, в которых живут их герои. Именно сюжет вместе с описательными картинами дает основное представление о бытовой жизни народа, различных сферах его деятельности.

Далее »