Rusprogram.ru

Топонимические предания — древняя, популярная в народе разновидность преданий. Они представляют собой рассказы о географических объектах (местностях, реках, озерах, горах и проч.) и населенных пунктах, прикреплены к определенным местностям. Основная особенность топонимических преданий состоит в том, что они объясняют характер, происхождение или названия географических объектов и населенных пунктов. С историческими преданиями они связаны тем, что прикреплены часто к определенным событиям или лицам, а тем самым и к историческим периодам. Уже в древних русских преданиях есть рассказы о расселении славянских племен, об их названиях, об основании городов. Так, \24 Киев, по преданию, основали три брата: Кий, Щек и Хорив и их сестра Лыбедь. Надо отметить, что под Киевом существуют возвышенности Хоривица, Щековица и приток Днепра Лыбедь. Записано предание о происхождении названия города Орша. Молодой князь Орша и его дочь Оршица в трудный для Киева час пришли на помощь князю Владимиру и помогли ему отразить набеги печенегов. К топонимическим преданиям относятся и рассказы о происхождении курганов. Курганные насыпи связывают со многими лицами: с Иваном Грозным, с Разиным (курганы на волжских берегах). Важная группа преданий включает объяснения названий местностей, городов и проч. Названия давались не только по особенностям местности, но и по тем событиям и лицам, которые с ней были связаны. Например, около города Алатыря есть местность Царь-Конь. Ее название объяснялось тем, что там у Ивана Грозного пал конь. В нескольких местах в Поволжье возвышенности называются «Беседные горы» или «Думные горы». Их названия будто бы возникли в связи с тем, что на тех местах Разин или Пугачев устраивали думы — совещания со своими помощниками. Приведем топонимические предания, записанные в Саратовском крае акад. А. А. Шахматовым. «Я слышал от старых людей насчет одного места, что там жил Стенька Разин. Это место и теперь можно очень хорошо узнать: огромная гора, похожая на двор, имя ее теперь— Каменный двор, на середине ее бугор, на бугре дубовый лесок, а на самой середине, на вершине около бугра, три березы, под березами родник. Старики говорят, что на том самом месте жили разбойники, а наружная сторона той горы с одной стороны похожа на ворота. А вокруг нее как есть двор. По самой вершине горы —лесок, словно крыша, в низ ее словно каменная стена. Эту стену называют лицевою стороной Каменного двора. В стороне от этого двора расположены высокие горы... Имя этих гор —Караульные горы. Старики рассказывают, что когда жил Стенька Разин, то разбойники на этих горах подкарауливали проезжих по дороге, и будто оттуда сквозь землю была протянута цепь. Как только увидят проезжающих, они и дернут эту цепь, а к кольцу этой цепи был привязан колокол. Как услышат их товарищи этот колокол, они и выйдут на дорогу. А еще дальше к большой дороге есть овраг по имени Банный овраг, будто они ходили туда париться в баню» [4, 180]. Топонимические предания по их характеру можно разделить на две группы: предания, реалистично передающие сведения об исторических фактах, и предания, в которых значительное место занимает вымысел; причем в древних рассказах такого типа он имеет обычно форму фантастическую. Фантастика в топонимических преданиях может быть результатом олицетворений, остатков мифологических представлений и введения сказочных сюжетов. Олицетворяться могут реки, озера, горы. Существует рассказ о споре Камы и Волги; Кама ошиблась (не туда прорвалась), и ей не удалось стать самостоятельной рекой, осталась она притоком Волги. Примером предания, в котором сохранились следы мифологических представлений, может быть рассказ (записан путешественником Олеарием), который объясняет название Змеевой горы на волжском берегу: на горе жил змей огромной величины, он наносил людям большой вред, но храбрый юноша разрубил змея на три части, которые превратились в большие камни. И до сих пор лежат они на вершине горы. Определение жанра. Термин «легенда» — книжного происхождения. В средневековой письменности этот вид произведений был весьма популярным (лат. 1е{»епаа — то, что должно быть прочитано). Впоследствии термин стал применяться и к произведениям фольклора. Легенда — прозаический эпический жанр, рассказ о событиях и лицах, повествование о прошлом. Она нередко начинается словами «Давно было...», «Когда-то...», «Дело было в старину». Легенды по 126 своей структуре представляют собой вид «небольших повестей» [1, 13] с неустойчивым текстом и свободной формой. Неустойчивость текста обусловливает значительную импровизацию, которая, в свою очередь, ведет к неустойчивости текста: эти явления взаимозависимы. С этим связана и возможность контаминации эпизодов и мотивов различных легенд. Свободная форма легенд характеризуется тем, что эпизоды и мотивы, в отличие, например, от сказочного твердого порядка чередования, могут более свободно следовать друг за другом. Кроме того, легенды не имеют постоянных начальных и конечных формул, какими отличаются сказки. Легенды —сюжетный жанр. Но их сюжеты обычно не развернуты в сложное повествование, а малоэпизодны, часто одноэпи-зодны. В первом случае связь эпизодов образует развитие действия, во втором —в центре рассказа один эпизод. Сюжетность подчеркивается развязкой, в которой отмечается перелом в ходе событий: «Ан вышло не так...», неожиданность: «Мужик не знал, куды и собирать-то!» [1, 59, 61]. Как вывод нередко приводится нравоучение: «Грех великий обижать матушку Пятницу...» [1, 125] или результат событий. Событиям, о которых повествуется в легендах, приписывается достоверность. Рассказчик и слушатель обычно верили в действительность того, о чем рассказывалось. Однако события и действия персонажей легенд явно вымышлены. Более того, в них немало фантастического. Важный элемент сюжетов в легендах — чудесное или даже чудо, совершаемое лицами, обладающими способностью волшебства. Состав сюжетов и персонажей легенд своеобразен. Сюжеты нередко взяты из Библии: сотворение мира, конец мира, Адам и Ева, чудесные явления как результат действий Христа, апостолов и святых, эпизоды из житий святых. Персонажами часто выступают Христос или святые. Все это давало основу для определения легенд как рассказов с христианским религиозным содержанием. В. Я. Пропп определяет их следующим образом: «...рассказы, содержание которых прямо или косвенно связано с христианской религией» [3, 378]. А. Н. Афанасьев связывает легенды с «христианскими представлениями», но указывает, что «языческая старина служила обильным материалом для народной поэзии» [1, 13]. Он даже отмечает, что в легендах содержатся явные следы дохристианских представлений: то, что заимствуется в легенде, например, из библейской истории, «подчиняется произволу народной фантазии, видоизменяется сообразно ее требованиям и даже связывается с теми преданиями и поверьями, которые уцелели от эпохи доисторической и которые, по-видимому, так противоположны началам христианского учения» [1, 14]. А. Н. Афанасьев высказал также мысль о том, что в русских легендах отразилось двоеверие, т. е. соединение языческих и христианских элементов. Определение легенд как жанра предполагает отграничение их от других близких жанров. К ним относятся и жанры письменности, и жанры устного творчества. С жанрами письменности, например с житиями святых и апокрифами, легенды связывают сходные мотивы; к фольклорным жанрам легенды близки по структуре. Значительной части легенд, как и житиям святых, свойственны религиозно-христианский характер, образ святого, тема творимого им чуда. С апокрифами, в которых отвергается каноническое толкование библейских событий и персонажей и утверждается народное их понимание, легенды роднят тема борьбы бога и дьявола и тема сотворения человека, созданного, по апокрифическим сказаниям, и богом и дьяволом: дьявол сотворил его тело, а бог вдохнул в него душу. Особенно важно то, что и в апокрифах, и в легендах утверждается: власти земные не от бога, а от дьявола, поэтому они и враждебны простому народу. Наконец, и в апокрифах, и в легендах рисуется образ «доброго бога», милостивого к людям, к беднякам. Все это шло вразрез с каноническо-церковными догмами. Бог христианской религии суров и строг, он беспощадно и неумолимо наказывает грешников, не разбираясь в причинах содеянного ими. Бог апокрифов и легенд понимает жизненные причины, в силу которых люди допускают так называемые «грехи». Таковы Христос, богородица, некоторые святые. Ряд легенд близок по сюжетам и идейной сущности известному апокрифу «Хождение богоматери по мукам». И в легендах по аду ходят святые, сочувствуют мучающимся грешникам, например в легенде «Христов братец» [1, 100—102]. К житиям святых и апокрифам близки в легендах мотивы искушения человека бесом, образы благодарных животных, которые помогают человеку. Легенды имеют сходные моменты и с так называемыми духовными стихами, которые возникли в народном творчестве под влиянием религиозной литературы. Их распевали обычно нищие-слепцы — «калики перехожие». Бытовали духовные стихи главным образом среди старообрядцев и сектантов. А. Н. Афанасьев в свой сборник легенд вводит и духовный стих «Егорий храбрый» — о христианском святом Георгии-победоносце. В. Я. Пропп сопоставляет духовные стихи и легенды, в которых есть образ Смерти, например стих об Анике-воине, существующий и в стихотворной форме, и в прозаическом пересказе. Аника сражается со смертью, но побежден ею. Подобные сюжеты есть и в легендах, например в легенде «Солдат и смерть». Однако легенда отличается от духовного стиха тем, что в ней отражаются народные воззрения, в ней нет страха человека перед смертью, «смерть принимается как закон жизни» [3, 386]. Кроме того, в легендах нередко осмеиваются религиозные догмы, пародируются мотивы религиозной литературы. В названной легенде солдат за примерное поведение и верную службу после смерти попадает в рай. Но райская жизнь не по нему: там не дают ни водки, ни табаку. Он просит отправить его в ад. Однако там черти готовят ему страшные муки. Перехитрив чертей, солдат бежит из ада. Здесь осмеиваются религиозные представления об аде и рае, острота которых «увеличивается оттого, что народ для более яркого обличения пользуется образами, созданными самой церковью» [3, 386]. Легенды отличаются не только от произведений, возникших в письменности или под ее влиянием, но и от других жанров фольклора. От преданий они отличаются тем, что основой повествования в них служат фантастические явления, тогда как в преданиях обычно есть реальная основа. Со сказкой легенда имеет как сходные черты, так и различия. Сходство состоит в ряде особенностей: в прозаической форме, некоторых сюжетах и мотивах, особенно фантастических. Легенда использует начальные формулы сказки, главным образом волшебной. Так, легенда «Пиво и хлеб» начинается словами: «В некотором царстве, в некотором государстве жил был богатый крестьянин» [1, 92]. Подобное начало в легендах «Золотое стремя» [1, 119], «Марко-Богатый» [1, 43] и др. Часто встречается формула «жили-были», «жил-был», «жил да был», «было жило», например в легендах «Солдат и смерть» [1, 143], «Пустынник и дьявол» [1, 171], «Пустынник» [1, 174], «Кумова кровать» [1, 192], «Грех и покаяние» [1, 194], «Горький пьяница» [1, 202]. Обычны также начала; «один старик», «один солдат». Чем же отличается легенда от сказки? Отличия состоят в том, что сюжет сказки строится обычно на «чудесах», а легенды —на «чуде», которое совершает святой или «дух» — домовой. Сказка —жанр твердой формы, имеющий определенные структурные особенности, а легенда —жанр свободной формы, он может заимствовать у сказки структурные элементы как устойчивые начала, но сам их не имеет. В сказке действуют обычно простые смертные — мужик, барин, поп, а в легенде к ним присоединяются еще и святые.

Далее »